Финтех-дайджест №5: Пять немецких Тинькофф и искусственный интеллект, который убьет банки

В Германии активно действуют так называемые нео-банки, они же онлайн, они же цифровые. Крупнейшая экономика Европы определенно нуждается в быстрых и оперативных банковских услугах, а германское законодательство достаточно гуманно, чтобы не душить инновации на корню.

Наиболее известен банк Fidor, основанный в 2009 году в Мюнхене. Строго говоря, Fidor уже не немецкий банк, а французский, потому что его в 2016 году купила французская банковская группа BPCE. Но Fidor сохранил самостоятельность и штаб-квартиру у Мюнхене, поэтому не будем придираться. Банк имеет полную лицензию и работает в digital-only формате. Даже выдача наличных там реализована крайне причудлива: можно сгенерировать штрих-код в приложении Fidor Smart Banking, показать его в любом магазине-партнере (11 000 в Германии) и получить на руки от 50 до 999 евро. Стоит заметить, что банк не ограничивается одними классическими услугами. Важный источник доходов – дочернее предприятие Fidor Solutions, которое продает разработки проекта сторонним компаниям. Также в 2017 году запущен маркетплейс финансовых услуг. На данный момент, кроме домашнего рынка, Fidor осваивает только Великобританию, но вряд ли это предел экспансии.

Consorbank вырос из брокерской компании, занимавшейся потребительскими инвестициями и онлайн-трейдингом. Базовый набор услуг стандартен – кредитные карты, ссуды, депозиты и страховки. Но в 2017 году запущен сервис Consorsbank’s MultiBanking, позволяющий клиентам управлять их эккаунтами в других банках. Consorsbank входит в группу BNP Paribas.

N26 – самый активный немецкий банк, он работает в 17 странах, и недавно добрался до США. Стартовал в 2013 году, а полную банковскую лицензию получил в 2016-м. Всем клиентам предлагается бесплатный счет с базовым обслуживанием и дебетовая карта Mastercard, но за абонентскую плату можно получить более широкий набор сервисов. В партнерстве с различными компаниями N26 предлагает трансграничные переводы, депозиты на выгодных условиях и инвестиции в ценные бумаги. Интересно, что банк продолжает привлекать инвестиции, и последний раунд в марте 2018 года принес 110 миллионов евро на продолжение международной экспансии.

Берлинский Penta ориентируется на высокотехнологичные стартапы и малый бизнес. Интересно, что своего у банка ничего нет: софт он лицензирует у Fidor, а банковские услуги оказывает через стартап solarisBank, имеющий банковскую лицензию. Собственно, Penta даже гордится, что предлагает клиентам только услуги третьих фирм, аккумулируя их вместе. В феврале Penta привлек скромные 2.2 миллиона евро инвестиций от лондонского венчурного фонда Inception Capital.

solarisBank интересен тем, что не оказывает услуг конечным пользователям. Вместо этого он по API отдает свои сервисы корпоративным клиентам, число которых превысило 60. Идея «Банк-как-сервис» находит отклик у инвесторов: привлеченный капитал приближается к 100 миллионам евро, причем деньги вложили как крупные банковские группы, так и, к примеру, Visa. В конце 2018 года solarisBank планирует запустить полноценный цифровой банк в партнерстве с Mastercard, польским Alior Bank и немецким маркетплейсом Raisin.

Также в Германии работают несколько нео-банков из других стран, но о них мы поговорим в рамках других национальных срезов.

Искусственный интеллект убьет недостаточно крупные банки

Любой экономический кризис приводит к вымыванию так называемого «среднего класса». Остаются только очень богатые и очень бедные люди, а стабилизирующая серединка исчезает до лучших времен. Согласно опубликованному исследованию Всемирного экономического форума, точно такое же вымывание может в скором времени произойти в финансовой сфере, где останутся только самые крупные игроки и некоторое количество специализированных нишевых проектов. А катализатором трансформации станет, вы не поверите, искусственный интеллект.

Полная версия исследования “The New Physics of Financial Services” занимает 167 страниц, и если вы интересуетесь темой, советуем ознакомиться с полной версией (доступна по ссылке). Здесь же мы остановимся на нескольких самых ярких тезисах.

1. Бэк-офис крупнейших игроков, благодаря огромному количеству данных и мощному AI, станет настолько эффективным, что конкурировать с ним станет просто бесполезно. И тогда организации (в том числе и кредитные), не готовые погасить свет и уйти с рынка, будут вынуждены покупать операционно-учетные услуги у гигантов. Это даст шанс на выживание относительно мелким игрокам, однако потенциально сделает поставщиков бэк-офисов еще сильнее за счет добавочных данных для анализа. Регуляторам придется серьезно трансформировать свои подходы к работе с банками.

2. Персонализация станет высокоточным оружием против конкурентов. На современные «персональные предложения» без слез обычно смотреть нельзя. Однако AI сделает их действительно персональными. Настолько, что у пользователя возникнет привыкание, и без такого личного подхода он жить уже не сможет. А у кого будет больше всего возможностей для тренировки AI? Совершенно верно – у того, у кого клиентская база больше.

3. Искусственный интеллект сделает возможным существование посредников, формирующих комплексную услугу из множества мелких, предоставляемых разными провайдерами. Грубо говоря, текущий счет может находиться в одном банке, инвестиционный в другом, депозит в третьем, а международные переводы пойдут через четвертый, но клиент посредника даже не будет об этом знать. В свою очередь, посредник будет выбирать среди самых выгодных и надежных предложений, которые обычно предлагают не самые мелкие кредитные организации.

4. Универсальность банков может остаться в прошлом. С учетом сказанного выше, абсолютно возможно появление узкоспециализированных банков, которые занимаются только текущими счетами, только залоговым кредитованием и т.д. Зачем делать все, если можно сосредоточиться на чем-то одном? А твоего названия все равно никто знать не будет…

5. Преимущества AI более-менее очевидны, но недостатки пока не изучены. Многочисленные внедрения искусственного интеллекта даже в 2018 году обычно носят либо исследовательский, либо PR-характер. На рынке нет достаточного опыта, иллюстрирующего негативные стороны внедрения машинной логики в финансовой организации. Их еще предстоит познать – и самим организациям, и их клиентам.

Отдельный пункт исследования относится к меняющейся роли локальных центральных банков. Фактически, финансовое регулирование превращается в регулирование потоков данных, которые хранятся в очень разных местах, причем далеко не всегда – на подконтрольной территории (вспомним хотя бы опыт Австралийского военного банка, отправившего все свои данные в индийское облако). ЦБ придется не только меняться внутри, но и активно договариваться на международном уровне. Ведь даже само понятие персональных данных очень отличается от страны к стране, и невозможно регулировать то, что не приведено к общему знаменателю.

Мир меняется, читатель!