О единстве и борьбе

Есть предчувствие, что этот пост вызовет некоторое бурление, но тема не отпускает уже несколько месяцев, и, наверное, пора зафиксировать ее в тексте.

Во времена советской власти были такие люди — сексоты. К сексу, как может предположить молодежь, они отношение имели весьма опосредованное. Сексот — это сокращение от «секретный сотрудник». И так называли людей, сотрудничающих с КГБ. Они сообщали разное о настроении в коллективе, о слухах, о нехороших дядях и тетях, клевещущих на советский строй или совершающих непотребное.

Сексотами становились по разным причинам. В современных мемуарах пишется, что-де злобные гэбэшники или подбирали падших личностей, давая им последний шанс не загреметь котелками по зоне, либо морально ломали гордых порядочных людей, склоняя их к доносительству на ближнего. Типа, не будешь стучать — сошлем в Сибирь со всей семьей. Как было на самом деле — я точно не знаю. Мал был слишком. Но осмелюсь предположить, что с падшими личностями гэбня связывалась нечасто. Если только для совсем уж черной работы. А так — ну кому интересно, что грузчик Вася по пьяни обматерил Ильича? Он это делает с 14 лет, когда начал регулярно бухать, и революционером уже, похоже, не станет. Все самое интересное происходит в достаточно приличных кругах, а туда собутыльника Васи не пустят.

Что касается этих самых приличных кругов, то угрозы сослать в Сибирь особо-то и не требовались. Наш народ, в отличие от обитателей более богатых стран, в целом к доносчикам относится без уважения. И все же таковые всегда есть в немалых количествах. Ведь, по большому счету, ничего отвратительного в сотрудничестве с государственными структурами нет. Действительно, в любой стране происходит много нехорошего, со стороны незаметного. И тут уж каждый для себя решает — о чем докладывать. О том, что директор оборонного завода на государственные деньги бордель содержит, или о просмотре соседом по видеомагнитофону фильма «Эммануэль» (за это, кстати, тоже вполне реально было получить срок). Вдобавок сотрудничество с органами имело вполне осязаемую пользу. Что-то вроде закрытого клуба, члены которого могут рассчитывать на приятные бонусы и поддержку в трудной ситуации.

Сотрудники были, конечно, секретными, но Саратов — город маленький. И все всё понимали. Например, если рядовой сотрудник какого-то института вдруг летел в командировку в США (что в начале восьмидесятых в Саратове было сравнимо с полетом на Луну), сомнений особых не возникало. Ну или другие какие запретные блага сыпались. Очевидно, что все случалось не только из-за самого факта сотрудничества с органами. Но и из-за него тоже.

Повторюсь, лет мне было немного. Но сексоты были частью пейзажа, и тема эта время от времени обсуждалась родителями и их друзьями. Мол, вот этот ага. И этот тоже. А тот — уверенности нет, но похоже, что таки да. Без осуждения, без возмущения, просто шел разговор и шел. Я же, будучи пареньком любопытным, разговоры слушал и к людям, о которых шла речь, присматривался. И скоро обнаружил между ними удивительное сходство на уровне психотипа. Такие слегка зажатые люди с осторожно-правильными взглядами. Солидные на вид, но крайне ранимые и легко срывающиеся на крик. С суетливыми глазами, громким смехом и крайне кондовым чувством юмора.

Несмотря на то, что все всё знали, никто не зачислял таких людей в изгои. Общались, приятельствовали. В конце концов, у каждого свои тараканы.

И вот коммунизм закончился, институт сексотов прикрыли. Любить советскую власть стало не обязательно. Лично я к тем временам никакой нежности не испытываю и обратно не хочу. Но и активно обкладывать как-то не тянет. Было хорошее, было плохое — и немало. Но в целом мы все плоть от плоти тех времен, и хаять их — все равно что себе на голову ведро с помоями выливать. Зачем стараться самому, если и так желающих окатить хватает?

Но есть люди, которым Те Страшные Времена прямо покою не дают. Строчат и строчат разоблачительные заметки. Как кого притесняли, как кого обижали и не пущали. И как кровавая гэбня свирепствовала.

А я смотрю на них и вижу до боли знакомый психотип. Если животное лает, как собака, похоже на собаку и виляет хвостом, вряд ли это котик или хомячок. И если человеку уже немало лет, то, скорее всего, он немножечко сотрудничал. Читаешь биографию и непременно находишь интересные повороты, которые ну никак не могли произойти сами по себе. Ну, точнее, могли, если бы никакого КГБ вообще не существовало никогда. Иначе — не получается.

Так откуда эта ненависть-то? Если ты тогда был искренен, тебе нечего стыдиться — работал на совесть, помогал стране. Если тебя грубо заставили, так опиши — как все было во всех подробностях, извинись перед пострадавшими. Опять же, у любителей советской ностальгии глаза откроются. Если тогда заблуждался, а теперь вот понял истину — покайся, дабы молодое поколение не повторило твоих ошибок.

Иначе получается, что ты тогда сотрудничал ради одних бонусов, а теперь разоблачаешь ради других. И сам при этом вроде как чистый и светлый ходишь. Не, так не бывает. Чистые и светлые – они в Горький в 24 часа переезжали, или куда подальше. А те, кто их квартиры занимал, так это неспроста.

И, главное, сейчас все тоже всё понимают…

Но кажется, что это лишь игра
С той стороны зеркального стекла;
А здесь рассвет, но мы не потеряли ничего:
Сегодня тот же день, что был вчера.

Следующий постО планах