Снежные мысли. Саратов

Сегодня в Москве выпал снег. Изрядно выпал. Ничего особенного, конечно, бывало и покруче. Но на фоне давнего бесснежья — вполне себе.

Москвичи и многочисленные понаехавшие, старающиеся казаться коренными, тут же начали возмущаться, что власть обленилась и не выгнала на улицу толпы таджикских экспертов по клинингу для полной зачистки снега. Вечером прошелся по району — да, действительно, зачисткой и не пахнет. Снега на дорогах столько, что машины без шипов с палец не могут тронуться с места. На МКАДе фуры летали на два ряда в разные стороны, создавая интереснейшие ситуации.

Но сообенно трогательно было наблюдать за парой хипстеров, пытающихся выехать со двора на двухместном Mini. Сначала он не мог тронуться с места стоянки, но его подтолкнули прохожие. Через 5 метров Mini снова застрял в колее на дороге, и его подтолкнул стоящий на обочине таксист. Проехав еще несколько метров Mini встал снова. Хипстер с надеждой смотрел на меня, но я прошел мимо. Во-первых, был сильно нагружен покупками. Во-вторых, какой смысл помогать человеку делать глупость? Когда погодные условия требуют, как минимум, полного привода, не стоит пытаться проехать на табуретке с моторчиком. Это, как минимум, опасно. Так что сосредоточенно пошел с пакетами дальше, аккуратно ступая на узенькую тропинку в снегу.

Но завтра, конечно, от всего этого великолепия не останется следа. Собственно, уже сейчас на улице работают дворники, а потом и техника подтянется. И будет снова как обычно.

А мне вспомнилось удивительные годы, когда в Саратове в принципе отсутствовало понятие уборки улиц. Да что там годы — десятилетия! Робкие попытки возродить регулярные зачистки, а также институт дворника, стали наблюдаться года три-четыре назад. И только в центре.

Дворники в Саратове исчезли в 1992 году. Раньше они были в каждом дворе. Тоталитарная власть за унизительные услуги по уборке выделяла гражданам жилье. Например, в доме у бабушки, где вперемешку были отдельные квартиры и коммуналки, дали комнату бодрому студенту. Комната во дворе консерватории, куда выходят покурить томные скрипачки и разбитные домристки… А если устанешь от культурных барышень, напротив сельскохозяйственный институт. За такую дислокацию помахать с утра метлой — просто праздник. Что студент и делал.

С саратовских дорог снег собирали специальные машины. Для своего времени они выглядели довольно круто: внизу была площадка с двумя лопастями, которые жадно загребали снег и отправляли его на эскалатор, вываливавший содержимое в едущий следом грузовик. Мы, будучи детьми, наблюдали за этим процессом с большим интересом.

Но с наступлением демократии студент исчез. И скоро мы поняли, что исчезли все дворники в принципе. И они определенно утащили с собой снегоуборочные машины, потому что больше я их никогда не видел. Начиная с 1992 года Саратов вообще перестали убирать. Сейчас мне это даже как-то дико говорить, но тогда данное положение дел казалось нормой. Мусор из домов худо-бедно вывозили, хотя периодически случались ароматные коллапсы на несколько недель. Но этим уход за городом и ограничивался. Осенью и весной Саратов утопал в грязи, летом грязь высыхала и вперемешку с сухими листьями и бытовым мусором носилась по улицам вместе с ветром, а зимой все это дело накрывало снегом и льдом.

Честно говоря, именно зимой Саратов выглядел лучше всего, потому что беленьким накрывало не только дороги, но и старые дома, скрывая их возрастные недуги.

Вообще, я думаю, что для саратовских чиновников девяностых и начала двухтысячных в аду есть специальный уголок, где их будут потчевать кипящим битумом через ректальную воронку. Загубить столько прекрасных зданий — это надо было постараться. У меня около дома стоит несколько заброшенных особняков, которые не сносят только потому, что спрос на жилье в городе упал до отрицательных значений. И даже эти мумии с выбитыми стеклами и сгоревшими крышами прекрасны. Надеюсь, воронка будет ржавая, толстая и с неровными краями.

Когда в ноябре-декабре выпадал снег, мы все понимали, что асфальт на тротуарах удастся увидеть только к концу марта. А до этого — или серое говно, или скользкое. После снегопада прохожие вытаптывали тропинки. И кое-как по ним ходили. А сугробы по бокам копились, достигая к весне человеческого роста. Дороги, понятное дело, тоже никто не чистил. Машины трамбовали снег своим весом, выдавливая излишки на обочину. На не слишком оживленных улицах формировалась колея, проехать по которой могли не каждые «жигули». Поэтому зимняя езда в городе была не в почете, большинство моих знакомых ставили машину на зиму в гараж.

И такое положение дел казалось совершенно нормальным. Не помню, чтобы кто-то возмущался. Общественность негодовала только в случаях, когда обрушившейся сосулькой калечило или убивало прохожих. Ну, как негодовала — выходили какие-то заметки в местной прессе. А грязь на улицах раздражающим фактором не считалась. Невозможно было представить, что откуда-то возьмутся дворники. Велись рассуждения на тему, что чисто не там, где убирают, а там, где не мусорят. Ага, ага.

К сожалению, не могу сказать, что в последнее время ситуация радикально улучшилась. Да, центр стали чистить регулярно. Да, окрестности центра начали тоже иногда чистить, но не слишком часто. Но стоит отойти от центра буквально на несколько кварталов или зайти во двор… Я уже начинаю думать, что грязь — это какой-то древний саратовский фетиш. Или талисман. Потому что дело-то не в бедности региона — есть куда беднее, но там чисто. Может быть когда-то город тоже зарос в грязи, а потом пришел грозный супостат, испачкался, плюнул и ушел. С тех пор и решили — не, нафиг, пусть грязюка копится. Мало ли кто придет.

У этого текста нет конца и начала. Но есть эпиграф — несколько фраз. Мы выросли в поле такого напряга, по сравнению с которым сегодняшний снегопад — детский лепет. И я надеюсь никогда не научиться переживать из-за таких глупостей. Да, Россия совсем не Монако. Но и мы ни фига не монегаски.