19 лет спустя

Когда-то давным-давно, в прошлой жизни, я играл в брейн-ринг и «Что?Где?Когда?». Наша команда «Эконом» была одной из сильнейших в Саратове, и мы регулярно ездили на фестивали в поволжских городах. Самые крутые проходили в Саранске, там было очень сильное движение знатоков. И летом 1998-го я первый раз попал на такой фестиваль под Саранском…

Это было ошеломительно круто. Все знатоки из телевизора ходили рядом. Бурда, Поташев, Друзь… И Анатолий Белкин, выступавший со своими стихотворениями. Помню, что они были просто зверски смешными. Мы разве что со стульев не падали. Но память — странная штука, и в ней сохранилось только начало одного стихотворения. «Жили-были гномики, оказались гомики». Я пытался найти полную версию. Не получилось. Спрашивал тех, кто был тогда в Саранске, они не помнили. С самим Анатолием мы в Саранске не познакомились, потому что сказывалась разница в возрасте (на тот момент — вдвое), и вообще он казался мужчиной крайне суровым.

И вот прошли годы. 19 лет, если быть точным. И мы пересеклись с Анатолием в фэйсбуке. Я подождал, подождал, набрался смелости и спросил про полную версию стихотворения. И вот теперь оно у меня есть.

Читать далее…

Спасибо за идеи

Очень часто, несколько раз в неделю, мне пишут незнакомые люди с самыми добрыми намерениями. Они дают очень хорошие советы. Например, сделать обзор всех-всех бюджетных клавиатур. Или написать подробное руководство по выбору NAS во всех ценовых сегментах. Или даже рассказать про выбор магнитолы в автомобиль.

Это отличные идеи, правда. Я всегда за них благодарю. Но люди почему-то обижаются, когда предлагаю им проинвестировать предложенный обзор. Как же так? Это что же, вы ради денег все это? Вы же все равно вон сколько всего пишете, ну напишите о том, что вас просят!

Они, наверное, и к девушкам так подкатывают — эй, чувиха, у тебя же сиськи выросли, дай помну.

Читать далее…

Почти не выдуманная история (18+)

Флейтист Алексей влюбился. Его избранницей стала домристка Даша. И она была так прекрасна, что его не смущала их принадлежность к очень разным культурным слоям. Ведь Алексей учился в консерватории, а Даша — в колледже искусств.

Алексей вообще-то был далеко не тихоней, но Даши почему-то стеснялся.  И когда на отчетном концерте с оркестром он наконец-то решился позвать ее поужинать, предложение прозвучало примерно так:

— А не соблаговолит ли милая дама разделить со мной удовольствие от «Двух палочек»?

Читать далее…

Почему гомеопатия — лженаука и вообще опасная вещь

После того, как Российская академия наук вслед за коллегами из США, Великобритании, Австралии и других стран признала гомеопатию лженаукой, в интернетах пошла волна возмущенных воплей — мол, как так, а мне гомеопатия помогает, чувствую себя прекрасно, и вообще РАН только и умеет, что деньги воровать. В связи с этим есть смысл записать несколько тезисов, которые помогут читателю отличать науку от лженауки в будущем. Ведь гомеопатия — далеко не единственный случай мимикрии под что-то серьезное.

Чем наука отличается от лженауки? Ну, если совсем кратко?

Она отличается законами, неизменными при любых обстоятельствах, и повторяемостью результата.

Например, в физике есть закон всемирного тяготения. Согласно этому закону, если вы встанете около здания, с крыши которого на вас сбросят кирпич, он с вероятностью 99.9% (оставим 0.1% на случай, что вы струсите) и с легко вычисляемой по формуле скоростью упадет вам на голову. Настроение кидающего, политической строй и положение звезд на небе на это не повлияют.

Читать далее…

Как угробили газету «Известия»

Делая первый шаг, ты никогда не знаешь — куда придешь. Начав разбираться с вполне рабочей ситуацией, я совершенно случайно нашел ответ на давно волновавший меня вопрос — что случилось в конце девяностых с моей любимой газетой «Известия»?

Некоторое время назад у нас работал внештатником автор Н. Писал много, регулярно, но, как в известном анекдоте про печать 3000 знаков в секунду, иногда получалась какая-то фигня. Зная, что автор возрастной, я не раз очень аккуратно объяснял ему, что мир меняется, форматы материалов меняются, а если ты какую-то тему не очень знаешь — лучше по ней не писать, потому что получается довольно смешно.

В ответ я узнавал о том, что автор — человек заслуженный, в совершенстве владеет профессией, писать умеет мастерски, и нечего под руку говорить. И, как быстро выяснилось, автор Н. обожал строчить мощные телеги Высокому Начальству. Просто, совершенно не понимая раскладов, он писал не то и не тем. И получалось, как у Высоцкого: «Кто мне писал на службу жалобы? Не ты? Так я же их читал».

Читать далее…

2016

Жанр итогов года интересен только тем, кто эти самые итоги подводит, да и им порой не очень. И все же 2016-й получился настолько необычным, что мне хотелось бы проводить его с почестями.

Собственно, уже его начало, когда я оказался на сцене с Дэвидом Копперфильдом, было многообещающим.

Потом за три месяца налетал на золотой статус «Аэрофлота», и так ошалел от самолетов, что до конца года практически полностью пересел на поезд (сделав лишь два исключения — для Парижа и Саратова).

В марте мы с коллегами в Banki.ru придумали проект «Города на связи» — о мобильной связи в России. Но не только о сухих цифрах, но и о том, как живут в российских городах, чем они известны и славны. До конца года написал о восьми городах. Я очень давно хотел (да что там — мечтал) поездить по России, посмотреть на то, как она живет и меняется. Впечатлений набралось просто море. Мы живем в удивительной стране, и насмотреться на нее почти невозможно. Год назад Астрахань, Смоленск и Сочи были для меня просто точками на карте. А теперь я прошел по тем же улицам, где когда-то ходили в Астрахани дедушки, бабушка и прабабушка, и всерьез скучаю по Смоленску, о котором раньше знал только по рассказам Саши Чернякова.

Читать далее…

О честном Николае. Самарская история

Как известно, самарские мужчины очень галантны. По степени галантности они существенно превосходят распиаренных французских и итальянских мужчин. Просто климат в Самаре суровый, и некоторые представители мужского пола пытаются быть такими же, как климат.

Особенно галантны студенты института связи. Девушки знают это, и какая-то неведомая сила тянет их к улице Льва Толстого. Студенты других самарских вузов расслабились бы и спокойно принимали ухаживания, но будущие связисты не такие. Они уверены, что до вручения десятого букета цветов, шестого похода в театр и знакомства с будущей тещей целовать можно только в щечку. И очень целомудренно.

8190788

Но был среди студентов молодой человек по имени Николай. И он, вы не поверите, глумился над нравами института. Мол, да вы чего, парни? Отриньте все эти глупые условности? Все девушки вокруг хотят отдаться нам на первом же свидании. А иногда и до него. Главное, чтобы жилплощадь была, или просто укромная скамейка в парке. Ну или ящик какой в подъезде. Говоришь ей — пошли трахаться! И она идет!

Читать далее…

Цифровой эндшпиль

В течение двух недель многие мои знакомые с огромным интересом следили за шахматным матчем между Магнусом Карлсеном и Сергеем Карякиным. Переживали, обсуждали. Не спали ночей. И, конечно, очень расстроились, когда россиянин проиграл.

8365_1_miscellaneous_digital_art_chess

Между тем, сама идея борьбы за титул лучшего шахматиста планеты сегодня глубоко абсурдна. Любой современный компьютер, даже относительно слабенький, играет в шахматы лучше гроссмейстера международного класса. При всем уважении к Магнусу Карлсену, сервер с парой 24-ядерных Intel Xeon E7 сделает его даже с форой в пару фигур. В рамках упрощенного симулятора жизни, созданного в рамках игрового поля  размером 8х8 клеток, компьютер не дает человеку никакого шанса. Даже несмотря на отсутствие у компьютера интеллекта. Оказывается, вполне хватает огромной памяти, базы дебютов и глубочайшего просчета вариантов ходов (подробно о том, как работают шахматные программы, можно почитать здесь).Соревнования людей в области шахмат — это вроде гонок на паровых самобеглых колясках в эпоху гибридных двигателей и автоматических коробок передач. Читать далее…

Ольга Арефьева. Амона Фе

Я первый раз услышал эту песню 15 лет назад, в ноябре 2001 года.

Это был не лучший ноябрь в моей жизни. Из нее ушел хороший, добрый человек, по которому  скучаю до сих пор. Мир, как я его знал, подходил к концу. Впереди была абсолютная неизвестность. Мне не было страшно. Скорее, было интересно. Я целыми днями ходил по мрачному, залитому дождем Саратову, писал первые «Железные письма» для «Домашнего компьютера» и слушал музыку.

Ее было очень много. Я наконец-то дорвался до сборников mp3, выходивших тогда в огромных количествах. И буквально за месяц услышал больше, чем за несколько предыдущих лет. И знаете что? Не могу вспомнить — что же это была за музыка. Точно хорошая, но какая…

Но одна песня абсолютно четко ассоциируется с тем ноябрем. Это «Амона Фе» Ольги Арефьевой. Песня как-то идеально сочеталась с залитым дождем Саратовом, с безвременьем и с тем, что происходило у меня в душе.

Читать далее…

Радист и графиня. История из жизни саратовской богемы.

А вот вам еще одна история из жизни саратовской интеллигенции.

Было в Саратове до недавнего времени заведение под названием Дом ученых. Правда, ученые туда только по праздникам заходили, на всякие торжественные заседания. И развлекали их там представители творческих коллективов, занимающих Дом ученых основную часть года. Бальные танцы, художественная самодеятельность, музыканты. До революции особняк принадлежал то ли какому-то графу, то ли его любовнице, и бальный зал там был — мое почтение. Так что и выпить-закусить приятно, и на творческую молодежь посмотреть.

Читать далее…