О подлинных причинах смерти Владимира Высоцкого

Тридцать лет назад не стало Владимира Высоцкого.

Нет смысла рассказывать о значении его творчества, о масштабе дарования — это вещи настолько же очевидные, насколько очевидна гениальность Пушкина. Наверное, и Владимир Семенович был последним советским гением, чей уход стал символом конца эпохи. Но эту тему надо срочно заминать, потому что иначе непременно свалишься в пафосную херню, к которой сам покойный испытывал нескрываемое отвращение.

Сегодня все телеканалы вспоминают Высоцкого. Показывают кадры из «Гамлета», повторяют фильмы с его участием. И… врут. Я уже слышал странный лепет про бригаду из Склифа, которая приехала 23 июля и не стала ничего делать из-за жутких «последствий алкогольной зависимости». Наверняка, еще не раз расскажут о барде, которого сгубила водка.

Так вот давайте быть честными по отношению к честному человеку, каким был Высоцкий.

Последние года три алкогольная зависимость не занимала большого места в жизни Владимира Семеновича. Потому что ее сменила другая, еще более суровая, а именно — наркотическая. Первые наркотические опыты Высоцкого относятся к 76-му, когда одна добрая врачиха посоветовала ему морфий в качестве средства выхода из запоя. Мол, один укольчик, и снова в форме. Друг Высоцкого, Михаил Шемякин, утверждает, что это была чуть ли не спецоперация КГБ. Как на самом деле — теперь никто не знает, но Высоцкий отнесся к наркотикам с большим воодушевлением. Потому что они позволяли расслабляться без сильного внешнего эффекта, которым сопровождается употребление водки. А быть постоянно в тонусе для Высоцкого было очень важно из-за очень жесткого рабочего графика и высокого социального статуса. Ведь, несмотря на отсутствие заметного официального признания, он был настоящей советской суперзвездой.

Года до 77-го наркотики не играли особой роли в жизни, и стали серьезной проблемой только к концу 78-го. До этого же, по свидетельству фактической гражданской жены (и ее звали не Марина Влади, с которой они виделись нечасто), уколы морфия делались только после изматывающих спектаклей «Гамлета», чтобы «восстановить силы». Надо понимать, что в те годы морфий не считался ужасом-ужасом, и злоупотребление им воспринималось, как относительно невинная забава. Поэтому проблем с «лекарством», как называл Высоцкий наркотики, у него не было. Что-то приносили знакомые врачи, иногда уколы делали медсестры в больницах, и известны случаи, когда Владимир Семенович просто останавливал «скорую» и имитировал почечную колику. Он же был актером! А уж сколько наркотика ему передавали за бугор пилоты «Аэрофлота» под видом сердечных капель…

Известная клиническая смерть 25 июля 1979 года в Бухаре — следствие иньекции неизвестного препарата, который Высоцкому на местном рынке подсунули под видом морфия.

В 1980-м году, когда зависимость стала слишком очевидной, Высоцкий предпринимает несколько попыток вылечиться. Он делал гемосорбцию — мучительную очистку крови. Он ложился в парижскую клинику. Наконец, уезжал с Мариной Влади в заброшенный уголок на юге Франции и пытался соскочить сам. Увы, все тщетно.

К началу августа Высоцкий твердо пообещал Влади завязать, и, когда начавшаяся Олимпиада перекрыла многие каналы получения наркотиков, особенно и не настаивал на их добыче. Хотя найти можно было. «Заменой» морфию стали водка и — временами — кокаин. Однако бригада из Склифа испугалась не алкогольного опьянения, из него Высоцкий уже практически вышел (он очень сильно пил в начале июля, когда умер один старый актер Театра на Таганке, Олег Колокольников). Просто личный врач Высоцкого, который в последние дни жизни находился постоянно рядом, так накачал его различными, противоположными по действию лекарствами, что транспортировка куда-либо была попросту невозможной. Было принято решение подождать до 25 июля, пока Высоцкий хоть немного придет в норму. Ну и подождали…

Что именно произошло в ночь с 24 на 25-е июля тоже не очень ясно. Официальная версия — инфаркт. Те же врачи из Склифа говорили, что на самом деле Высоцкий, находившийся под воздействием большой дозы хролалгидрата (сильнейшее успокоительное и релаксант), задохнулся завалившимся языком, а личный врач это проспал и очнулся, когда было уже поздно. Участковый, изучавший обстоятельства смерти, настаивал, что друзья, уставшие от выходок умирающего Высоцкого, связали его простынями и легли спать, а хрупкие сосуды наркомана не выдержали.

В любом случае, вскрытия не делалось, и подлинная причина смерти была в прямом смысле унесена в могилу. Но, простите за откровенность, спасти Высоцкого от самого себя было уже невозможно. Он умер бы все равно, счет шел на месяцы. Организм был подорван до предела — печень отказывала, не справлялось сердце, на ноге развилось сильнейшее воспаление от иньекций (те, кто видел Гамлета и Хлопушу в исполнении Высоцкого, знают — он не мог делать уколы в вены на руках, надо было играть с голым торсом). Строго говоря, нормальный человек от таких экспериментов над собой умер бы лет в двадцать пять. Могучий организм Высоцкого продержался гораздо дольше, и до последнего его физическая форма была впечатляющей. Посмотрите поздние ролики — уже летом 1980-го он делает на сцене Таганки такую стойку, какую не повторить и гораздо более молодому и здоровому человеку. Но, увы, свои пределы есть у каждого. Свой Высоцкий нащупал в 42. Как и Элвис, кстати.

Так вот объясните — почему везде так много пишется про бухло, но ни слова про наркотики? Боятся снизить образ народного героя? Ну, не знаю, не знаю. О наркомании Элвиса Пресли написаны десятки книг, и это не мешает нам любить его творчество. А ведь Высоцкий, в отличие от Элвиса, находил в себе мужество бороться с зависимостью и, фактически, умер в борьбе с ней. Чем это не пример для молодежи, знакомой с наркотой не понаслышке? Почему нельзя говорить, что наркотики убили даже такого сильного человека, как Владимир Семенович, и потому тебе, дрищ малолетний, лучше к ним даже не прикасаться?

Вместо этого нам навязывают образ бардика, который грустно сбухался от того, что его не признавала советская власть. Нет, ребята, все не так.

P.S. Тем, кто заинтересуется не самыми радостными подробностями, рекомендую книгу Валерия Перевозчикова «Правда смертного часа».