Служили три товарища

В одном городке на Волге служили три товарища. Готовили молодых солдат в местном военном училище. Когда началась Великая Отечественная, все трое попросились в действующую армию. И всех троих завернули: мол, гораздо важнее готовить пополнение, чем воевать самим. Где-то год они терпели, но когда война подошла на сотню километров от города, двое снова написали заявления. И на этот раз им не отказали. А третий заявление писать не стал.

na_front

Под Сталинградом все было сурово. Рядом с одним из товарищей вскоре разорвался снаряд. Ноги ниже колен в крошево. И левую руку заодно. Долго лежал в госпиталях, кое-как оклемался, встал на протезы. Второму повезло больше: ранен был несколько раз, нашпиговался осколками от души. Но дожил до конца войны, дошел до Праги.

Вернулись они оба в родной город. Первый старлеем остался. Второй до капитана дослужился. Тот, кому ноги оторвало, наград получить толком и не успел. Получил «За боевые заслуги» после ранения, да еще «За победу над Германией». У второго наград побольше, но тоже все скромно.

Встречают они третьего товарища, а он полковник. И на груди иконостас внушительный. Потому что за каждый выпуск награда полагалась. И за образцовую службу — ускоренное по ней продвижение. За выезд на фронт — тоже что-нибудь приятное. За освоение нового оружия — тоже. В общем, не зря время провел товарищ.

Встретились, обнялись. Друзья же. И стали жить, как до войны. Ну, почти. Каждое 9 мая встречались втроем, выпивали, поминали погибших.

И однажды, уж лет через пять после окончания войны, полковник не выдержал.

— Что ж вы, говорит, ребята, так упирались с этим фронтом? Ну подали один раз заявление — и хватит. Ради чего воевать рвались? Сидели бы сейчас все здоровые, в чинах, при наградах. И без нас бы разобрались с фашистами.

Договорить не успел, как со стула полетел. Капитан на него бросился, как медведь на собаку, хотя вроде еле ходил, да и то с палочкой. А старлей безногий ползет к ним и кричит: «Не убивай его, Вася, я сейчас доползу и сам придушу нахер. Я контуженный, мне ничего не будет».

Полковник кое-как вырвался и убежал. Больше они в узком кругу не встречались. А вскоре полковник в другой город перевелся, потому что очень неприятно, когда заходишь в магазин за молоком, а тебе по затылку палкой лупят. И слова неприличные говорят.

Всех троих уже давно в живых нет. Последним старлей-инвалид умер.

У этой истории нет морали. Так, мысль одна.

Каждый раз, когда появляется желание порассуждать в фэйсбучике про «слишком дорогую плату за победу», про «заваливание трупами» и про «сами виноваты», полезно помнить, что есть люди с несколько иным мнением.

А морда — не казенная.

Следующий постЖелезки на продажу