Прививка от поравалитического синдрома

Моя знакомая по Facebook написала очень подробный и спокойный текст о том, почему они с мужем после года в Германии приняли решение вернуться обратно в Россию. Мне кажется, это почти эталонный набор информации, который надо усвоить всем, орущим про «поравалить», но совершенно ничего не делающим для подготовки к новой жизни, и не понимающим всех нюансов.

Последних на самом деле больше, чем описано в тексте. Но для начала этого достаточно.

Пришло время раскрыть карты и написать, почему после года жизни в Германии мы решили вернуться обратно в Россию. Есть много причин остаться и много причин вернуться обратно, и можно очень долго спорить по этому поводу, но вывод будет один – в нашем случае на данный момент времени причины вернуться перевесили. Почти все знакомые, узнав новость о том, что мы собираемся вернуться в Россию, делали круглые глаза, называли эту идею безумием, а нас дураками, не могли спать по ночам, задаваясь вопросом «Почему???» и начинали нас отговаривать, поэтому я до последнего дня не писала об этом здесь, чтобы не заварить ту же кашу в интернете. Решение мы приняли уже давно, и ждали только моей поездки на реабилитацию, через две недели после которой мы были уже в России.

crude-german-beer-girl-costume

Инициатором возвращения был, как ни странно, Дима, и поначалу я тоже его не понимала и пыталась переубедить, но потом осознала, что это ни к чему не приведет, а в какой-то момент поняла и прочувствовала его аргументы. Основная разница между нашим восприятием жизни в Германии заключалась в том, что мне все время было чем заняться (одни курсы сменялись другими, и у меня всегда была четкая цель и конкретные сроки), а Диме пришлось искать себе занятие самостоятельно и сразу окунуться в довольно суровую реальность с поиском работы, квартиры, общением с немцами и т.д. В общем, переходя от лирики к причинам нашего возвращения, я сформулировала для себя три основные:

1. Семья и друзья.

В Германии у Димы есть дальние родственники, которые живут там уже лет 15 и которых мы один раз даже навестили, но родители, братья и племянники остались в Красноярске, а съездить к ним в гости даже раз в год выходит довольно накладно. К тому же, на поездку в отпуск нужно еще получить разрешение, если государство платит тебе хоть какие-то деньги. Скайп, конечно, немного спасает, но семейного ужина, поездок на дачу на шашлыки и баню, задушевных бесед с мамой на кухне, обнимашек с папой и игр с племянниками он заменить не может. В Германии у нас уже было несколько друзей и знакомых, до которых нужно ехать 8-9 часов, а приобретенных за год в Аугсбурге друзей можно пересчитать по пальцам одной руки пьющего на работе токаря. Но так вышло, что практически все наши новые знакомые тоже мигранты, что интеграции в Германии совсем не способствовало. Мы повесили в своей маленькой комнате большой шарж нашей компании, подаренный друзьями перед отъездом в Германию, а в единственную привезенную из дома настольную игру за весь год ни с кем так и не сыграли, а это о чем-то да говорит. В общем, без семьи и друзей скучно и грустно.

2. Работа и социальный статус.

Нормальную работу в Германии найти тяжело, даже немцам. Практически всем иммигрантам даже с самым наивысшим инженерным образованием приходится начинать с самого низа (а именно, мытья полов и работы на складе) или очень долго и гордо сидеть на пособии, или переучиваться по немецкой системе образования, которая довольно сильно отличается от российской. Образование в Германии очень узкоспециализировано и сильно ориентировано на практику. Приезжему гастролеру с амбициями и каким-то непонятным дипломом сложно выдержать конкуренцию с немецким специалистом и даже выпускником местного ВУЗа, у которого за плечами уже есть парочка обязательных практик. Иностранный диплом в Германии можно подтвердить, но и с ним шансов найти работу по специальности не очень много, особенно у юристов, экономистов и прочих гуманитариев. Нашим лингвистическим образованием (английский и немецкий) тут тоже никого не впечатлишь, тем более у Димы есть только диплом колледжа, который в Германии не соответствует никакому местному образовательному учреждению, высшее он не окончил, а без бумажки в Германии вы сами знаете что… К тому же, даже самый круглый отличник на курсах немецкого языка говорит на нем хуже какого-нибудь средненького немецкого школьника, для которого этот язык родной. В этом плане интегрироваться тем проще, чем более молодым (а скорее даже маленьким) ты сюда приехал.

Мигранты с образованием и опытом работы чаще всего ощущают после переезда сюда резкое падение своего социального статуса, с чем иногда очень непросто смириться. На родине человек был полноценным членом общества, уважаемым в определенных кругах, профессионалом, а здесь он никто, сидит на пособии, разговаривает на немецком, как последний Джамшут, долго и мучительно пытается найти более или менее приемлемую работу и старается не спиться от чувства беспомощности. Наш 25-летний знакомый из Москвы с высшим инженерным образованием и опытом работы живет в общежитии уже полтора года, разослал сотни резюме по всей Германии, но никто не хочет брать его на работу, помимо всего прочего, подозревая его в промышленном шпионаже, и также никто не хочет сдавать безработному квартиру в городе. Сил и терпения в этой нелегкой ситуации ему придает только нелюбовь к России. Хотя для того, кто только вчера слез с трактора в какой-нибудь глухой деревни в России или Казахстане, а сегодня живет в довольно приличном общежитии в Германии и регулярно получает деньги на водочку с колбаской, это, наверное, благо.

Дима получил свою работу от церкви чисто случайно после того, как работник церкви прознал про его бесплатные занятия с соседями в общежитии и предложил платить ему за этоскромную зарплату, взамен греясь в лучах его славы и изображая активную деятельность церкви на переднем крае работы с мигрантами. При этом Димина зарплата вместе с моей стипендией примерно равнялись пособию, которое мы получали от государства, так что с тем же успехом можно было бы вообще ничего не делать, чем многие тут и занимаются. Ибо зачем напрягаться, вставать рано утром и ходить на работу, если можно получать те же деньги, ничего при этом не делая. Помереть с голоду тут не дадут, но и прыгнуть выше потолка тоже не позволят. С одной стороны, Диме, можно сказать, повезло, у него уже даже был трудовой договор на два года, но эта работа была для него слишком бессмысленной, потому что, как и со всем бесплатным, люди ходили на занятия нерегулярно, уровень знаний был у всех разным, так что придерживаться какой-то нормальной программы в таких условиях было невозможно. Разве что делать вид, что работаешь, и получать свою скромную зарплату. Кто-то был бы счастлив, но для Димы в этом было слишком мало смысла.

На самом деле, весь второй пункт можно смело назвать отговоркой, потому что при большом желании можно было бы поступить в немецкий ВУЗ и найти какую-нибудь работу. Вопрос только в том, есть ли это желание, и стоит ли это всё тех усилий, которые необходимо приложить. И вот тут я плавно перейду к теме интеграции и третьей причине.

3. Культура и менталитет.

Немцы другие. С одной стороны, какие-то скучные и вялые. С другой стороны, вроде бы такие милые и вежливые, но не слишком-то открытые. Это я про людей среднего возраста. Старики вообще непонятные (разобрать, что они тебе говорят, просто нереально), а детей и молодежь надо просто пороть (что в Германии строго запрещено, потому они и наглеют). За год жизни в Германии нам не удалось найти с немцами общий язык и с кем-то подружиться. Отчасти потому, что мы в основном общались с такими же мигрантами, но в немалой степени еще и из-за нежелания немцев общаться с чужаками (да и с какой стати им этого желать). Знакомые говорили, что нам просто не повезло с городом: мол, швабы в Аугсбурге враждебнее других немцев относятся к иностранцам, но переехать в другой город или землю, чтобы это проверить, было бы весьма затруднительно.

Еще оказалось, что для нас с Димой очень важно культурное пространство, в котором мы живем, культурный бэкграунд, так сказать. Другими словами, сложно общаться с людьми, которые в детстве смотрели другие мультики, читали другие книги, не смеялись над анекдотами про Вовочку и не слушали Кобзона, ДДТ и «Руки вверх». Как говорит Дима, о чем можно говорить с человеком, который «Ежика в тумане» не смотрел. Мы, в свою очередь, тоже не можем понять немцев, чего они такие религиозные, как можно всё время быть такими правильными, а потом на праздник надеть национальные костюмы, нажраться, заблевать всё вокруг и накидать горы мусора, и как вместо жареной картошки можно есть скользкие картофельные кнёдли. Немецкие знаменитости, политики и прочие местные заморочки тоже как-то не вызывают интереса. То есть мы здесь оказались эдакими маргиналами вне культурного контекста, как российского, так и немецкого. И я не хочу сказать, что всё наше лучше, а немецкое хуже, оно просто другое, и мы чувствуем себя здесь чужими. У всех, конечно, свои потребности, но думаю, что каждому интеллигентному человеку важно понимать людей вокруг и быть ими понятым.

В общем, в отличие от беженцев, нам было что терять при переезде в Германию и было к чему вернуться в России. Красноярск, конечно, не лучший город для здоровой жизни, но здесь нас ждут родные, друзья и куча хороших знакомых, работа, своя квартира, отличный красноярский балет и симфонический оркестр, дача с баней и своими помидорами и много всего другого. А в Германии мы всегда будем чужими, и нормально интегрироваться смогут только наши дети или даже внуки. Нам практически не известны истории успеха, зато мы видели много мигрантов, которые всю жизнь живут в русском гетто в Германии, немецкий так и не выучили, а русский забыли, закупаются пельменями в русском магазине и ходят на концерты Киркорова. Стали ли они в Германии счастливее? Стоит ли оно того? Кто бы знал.

У нас есть несколько знакомых, которые уже несколько лет живут в Европе, весьма довольны своей жизнью и первые начали недоумевать по поводу нашего возвращения в Россию. Разница между нами заключается в том, что у них есть местный супруг или спутник жизни, который в немалой степени способствовал их интеграции в новой стране и отношения с которым удерживают их на новом месте. Не знаю, насколько принципиальна эта разница, но она есть. Дима же хоть и российский немец, но российское воспитание в нем оказалось сильнее немецкого происхождения, так что, в итоге, он и настоял на возвращении в Россию. Мы, конечно, в курсе, что первые несколько лет тяжело всем, и лично я попыталась бы и дальше построить здесь новую жизнь, но для Димы это было явно не то время и, возможно, не то место. Кто-то даже советовал мне отпустить его и остаться в Германии, но наши отношения, которые советчику, судя по всему даже и не снились, мне гораздо дороже сомнительных плюсов жизни в Германии. В любом случае у нас осталось гражданство Германии, и мы в любое время можем туда вернуться, хоть вторая попытка и будет сложнее первой. Этот год был для нас хорошим жизненным опытом, позволил расширить горизонты, что-то переосмыслить и чему-то научиться, так что свое возвращение в Россию мы ни в коем случае не считаем катастрофой.

Взято отсюда.

Следующий постЖелезное письмо №27. Как выбрать лучшую дебетовую карту с кэшбэком. Уникальная методика