Израиль свои не выдает?

Если у вас возникнет вопрос, связанный с Израилем, и он будет хоть немного сложнее, чем бронирование гостиницы, кто-нибудь обязательно посоветует обратиться к Эли Гервицу. Я не шучу. Дело лишь в том, кто скажет сакраментальное «Better Call Eli», второй собеседник или сразу первый?

Гервиц действительно ответит.  И нередко даст ссылку на статью на своем сайте, где ответ давно разжеван буквально до атомов. Но вопросов про Израиль, на самом деле, хватает. Например, меня самого часто спрашивают про деньги. У кого-то уже есть бабушка в Израиле, и хочется переправить ей некоторую сумму в твердой валюте. Кто-то планирует стать такой бабушкой (или дедушкой) лет через тридцать, и начинает потихоньку готовиться. Есть и просто ценители диверсификации финансовых накоплений, для которой шекель подходит очень неплохо.

Эли Гервиц

Несмотря на известную любознательность, я знаю о финансовых традициях Израиля далеко не все. И, пользуясь знакомством, переправлял вопросы Эли. За пару месяцев у нас сложилась любопытная беседа, которая, думаю, пригодится довольно широкому кругу читателей. Особенно тем из них, кому давно не нравится Сбербанк.

Эли, давай начнем немного издалека. В России принято ругать сервис местных банков, особенно крупных государственных – Сбербанка, ВТБ и т.д. Однако, сталкиваясь впервые с сервисом банков израильских, тех же Леуми или Апоалим, люди начинают нежно любить Сбербанк. Список претензий к израильским банкам велик. Это и неудобный график работы отделений, и знаменитое «где счет открывали, там и обслуживайтесь», и «индивидуальный подход», когда успех посещения офиса зависит от того, понравились вы клерку или не очень. Плюс, конечно, огромное количество бумаг на не всегда понятном языке. До момента, когда банк увидит ваши деньги и «признает» вас, как клиента, можно серьезно вымотать нервы. Все перечисленное – это объективные претензии, или опять какие-то наветы и фольклор?

Думаю, претензии иностранцев к израильским банкам совершенно обоснованы. Но удивляться тут нечему. В Америке пять с половиной тысяч банков. В России когда-то их было тысячи, сейчас сотни. Но, тем не менее, конкуренция, безусловно, существует.

В Израиле никакой конкуренции между банками нет. Их всего пять с половиной – не тысяч, а единиц. Последний раз банковская лицензия выдавалась 50 лет назад. Когда высший чиновник банковской сферы в отставке говорит на израильском аналоге Питерского экономического форума, что не произойдёт никакой трагедии, если и в следующие 50 лет тоже не будет выдано ни одной банковской лицензии, то, наверное, банки понимают, что можно расслабиться и не очень нервничать.

И если на сегодняшний день вы можете перейти от одного мобильного оператора к другому по щелчку пальцев, то поменять один банк на другой – это пройти семь кругов ада. Клиенты вынуждены терпеть существующий сервис и потому, что трудно перейти из банка в банк, и потому, что знают – альтернатива ничем не будет отличаться.

Израиль занимает лидирующие позиции в сфере высоких технологий в финтехе и снабжает программными платформами ведущие банки мира.  При этом, к моему большому огорчению, компьютеризация израильских банков, мягко говоря, оставляет желать лучшего. И далеко не в каждом израильском банке есть клиентский сервис на английском языке, не говоря уже про русский.

А насчет того, что отделения работают только несколько часов в день, да и то не каждый?

Вы думаете, что это неудобно? Смотря для кого. Для клиентов, возможно, и правда, часы работы не очень удачные, а вот для банковских сотрудников – наоборот. Недаром работа в израильских банках является одной из самых востребованных и высокооплачиваемых и – до недавнего времени – самых надёжных с точки зрения шансов выйти на пенсию, не меняя места работы ни разу в жизни.

Сейчас, правда, израильские банки начинают постепенно осознавать, что с развитием цифровых технологий и появлением фирм и платформ прямого общения между ссудодателями и ссудополучателями банковский мир в ближайшее время очень изменится. Израильские банки начинают на это реагировать, в первую очередь “рубя косты” – увольняя сотрудников и сокращая штаты, а не делая шаг в светлое компьютерное будущее.

В России развитие цифровых технологий в банках идет параллельно со срезанием костов, так что это не взаимоисключающие вещи. А что с пониманием документов, написанных довольно… необычными буквами?

Документы на иврите понятны россиянам не более, чем на китайском, и так будет всегда, пока они не выучат иврит. Но учить иврит ради того, чтобы почитать израильские банковские документы, не стоит. Я такие бумаги подписываю, не читая. Потому, что в Израиле есть некий надзирательный орган, который проследит за тем, чтобы внутри пятидесятистраничного контракта не было написано на пятнадцатой странице мелким шрифтом, что я обязуюсь отдать банку свою почку. А также у нас все равно нет никакой возможности вести с банком переговоры относительно содержания этих документов.

Подписывать приходится действительно много. Банки были бы, наверное, счастливы, если бы бумаг было меньше. К сожалению, этого в обозримом будущем не произойдёт. Потому, что израильские суды, в отличие от судов российских, в судебной тяжбе между банком и его клиентом очень часто принимают позицию маленького клиента, а не большого банка. Это замечательно, наверное, в каждом конкретном случае, потому что карман банка всегда глубже, и что для него один-другой миллион? А для истца, как правило, это единственные деньги, без которых возможно банкротство или даже конец жизни.

Но, как говорится, hard cases make bad law, и у этого есть последствия, которые ведут к удорожанию банковских услуг и вынуждают банкиров стелить солому просто везде: чтобы подстраховаться. И от того, от чего страховаться обязательно, и от того, от чего не обязательно совершенно.

Вторая причина большого количества банковских бумаг напрямую связана со сферой регуляции, или комплаенсом, который захватывает банковский мир подобно раковой опухоли. Поэтому банкиры сегодня –  это самые напуганные чиновники в мире.

А то, что они являются де-факто чиновниками, представителями государства, пусть и не на госзарплате, это несомненно.

Раньше было некое разделение полномочий – банкиры торгуют деньгами, а налоговики взымают налоги. С последними нововведениями большую часть полномочий сотрудники налогового ведомства с удовольствием переложили: частично на аудиторов, частично на адвокатов, но, в первую очередь, именно на банкиров, открыв широкое поле для бюрократической деятельности. И сегодня банкир думает не о том, как ему работать максимально эффективно, а о том, как минимизировать риски банка и свои, как его сотрудника. Как это сделать? Утопив клиента в бумагах.

Есть ли способы «подстелить соломку», чтобы уже первый визит в израильский банк если не доставил удовольствие, то хотя бы не выбесил?

Тут я, конечно, отвечу, как лицо заинтересованное. Это все равно, что арестант спросит у адвоката: а есть ли какой-то способ пойти в суд на процесс по определению меры пересечения, увеличив шансы на то, что будет назначен домашний арест? Мы считаем, что для правильного общения с израильскими банками нужно понимать не только “статику”, но и “динамику”.

Позиции банков относительно разных категорий клиентов динамичны. Они меняются от года к году, от банка к банку, и даже от отделения к отделению. Поэтому речь не идёт о том, что мы продаем нашим клиентам блат, подмигивая сотруднику банка, мол, окей, давайте, откройте ему счёт и примем его миллионы – гонорар уже получен, мы с вами поделимся. Нет, мы просто знаем, КАКИЕ банки в КАКОЙ момент КАКУЮ политику проводят, и КАКИМИ конкретно сотрудниками.

Все люди разные: кто-то в большей степени склонен к параноидальным страхам, кто-то в меньшей, кто-то готов работать с документами на русском языке, которым он владеет, в оригинале, а кто-то скажет: «Нет, ты в Израиле, детка, будь любезен все документы перевести нотариально на иврит». И ему все равно, что это будет стоить клиенту больших денег: «…это же не наши проблемы…»

Второй очень важный момент – это понимание того, что банкирам можно говорить, а чего им говорить нельзя. И речь ни в коем случае не идёт о введении кого-то в заблуждение. Просто есть определенные задачи, которые не нужно даже пытаться решать, потому что нет ни малейшего шанса на успех. Мир меняется. Израиль, может быть, начал меняться не первым, но, тем не менее, за последние годы израильская банковская система прошла очень большой путь. Поэтому любая из попыток ввести деньги в Израиль: из офшора, с корпоративного счёта, не говоря уже о том, чтобы привезти сюда чемодан наличных – она не имеет ни малейшего шанса на реализацию. И в этом случае просто здорово, если есть израильский адвокат, который вместо обещания устроить любой каприз за ваши деньги скажет вам, что в нынешней ситуации шансов ввезти деньги нет. Кто-то после этого обращается к инструменту амнистии, а кто-то просто отказывается от идеи ввезти конкретные деньги в конкретную страну Израиль.

Приведу ещё один пример. Если в далёком прошлом банкиров интересовало только, чтобы на деньгах, желательно, не было следов крови и крошек героина, то некоторое время назад их начали очень серьезно интересовать источники происхождения денег. А сегодня израильские банкиры также интересуются целями ввода денег.

Я не боюсь делиться этой информаций, речь не идёт о каких-то сакральных тайнах. Но если на вопрос банкира, почему вы хотите этот миллион долларов хранить в Израиле, вы ответите: «Несмотря на то, что в Израиле банки не платят или практически не платят процентов по депозитам, а может быть, и благодаря этому, так как это свидетельствует об устойчивости израильских банков, я хочу хранить деньги в Израиле. Этот конкретный миллион не должен приносить мне доход, он должен быть для меня подушкой безопасности», – такой ответ вполне годится. Ответ банкиру: «Какое ваше собачье дело?! Я деньги заработал легально, налоги заплатил, что хочу, то и делаю», – понятно, приведёт к тому, что счёт вам открыт не будет.

Мы в этой ситуации, как говорил один мой московский коллега, в какой-то мере являемся переводчиками с русского на русский, даже если со временем сотрудники банка, с которыми мы работаем, будут общаться с нашими клиентами на родном языке. В эвклидовой геометрии самая короткая дорога между двумя точками проходит по прямой. Банковская сфера больше похожа на геометрию Лобачевского, и добавления третьей точки в виде советников по комплаенс-процедурам не удлиняет, а сокращает путь.

А может ли человек, не имеющий гражданства Израиля, открыть счет в израильском банке?

Тот, кто не имеет израильского гражданства, открыть счет в израильском банке может. Более того, банкиры всегда прекрасно понимали, что ключевое значение имеет не гражданство, а резидентство.  Понятно, что гражданств у человека может быть больше, чем одно. Также понятно, что и резидентом он может быть не только в одной стране.

Мой любимый пример. Человек с американским гражданством, который пробудет в России больше 183 дней в году, жена и дети которого живут в Израиле – он является налоговым резидентом всех трёх упомянутых стран.

Человек, не имеющий американского гражданства, который пребывает в России меньше 183 дней в году и в Израиле также не имеет центра жизненных интересов – он, на первый взгляд, не является налоговым резидентом ни одной из этих трёх стран. При этом, конечно, ему придётся приложить усилия для того, чтобы чьим-то налоговым резидентом всё-таки быть, потому что банки не готовы больше работать с “налоговыми туристами”. И на сегодняшний день выбор этот человек скорее всего сделает именно в пользу Израиля, где новые репатрианты имеют десятилетние налоговые каникулы на зарубежные доходы. В том числе потому, что Израиль, в отличие от Мальты и Кипра, не «приторговывает» своими гражданствами. И если на Мальте, наверное, живут полтора русских, которые реально являются резидентами Мальты, то в Израиле таких русскоязычных не полтора человека, а полтора миллиона.

Понятно, что счетами нерезидентов занимаются специально обученные сотрудники специально выделенных отделений. Понятно, что порог входа в такой банк измеряется сотнями тысяч или миллионами долларов. Но в принципе такое возможно.

У многих обладателей таких счетов, как граждан Израиля, так и не очень, возникает задача обеспечить доступ к деньгам для детей и родственников. Это реально сделать?

Тут совершенно другая история. Бенефициарное управление – управление по доверенности, доступ к чужим деньгам и так далее – банки рассматривают как один из главных “красных флажков”, факторов риска. Поэтому мы в большинстве случаев рекомендуем открывать счёт на имя того человека, который будет этим счётом управлять и который является бенефициаром находящихся там денег.


Трудно не заметить, что подозрительность к деньгам извне, и особенно к «русским» деньгам, накаляется год от года. Даже очень законопослушному человеку приходится доказывать, что он не верблюд-контрабандист. На что стоит обратить внимание, чтобы заработанные деньги были приняты в израильском банке без эмоциональных разбирательств?

Во-первых, должен сказать, что подозрительность к иностранным деньгам действительно растёт постоянно. И к русским деньгам тоже. Только если первое верно по отношению к Израилю, то второе, думаю, относится ко всем странам “золотого миллиарда”, в Европе, в Америке, но не в Израиле. И кстати, американские деньги у израильских банков, как ни странно, вызывают куда большую «аллергию», чем российские.

Что интересует израильские банки, когда речь идёт о российских клиентах? Конечно, будет сделана проверка, что эти клиенты не являются PEP (Politically Exposed Person). Захотят ли банки работать с беглыми губернаторами или директорами корпораций? Нет, конечно, не захотят. Но если речь идёт об обычных, даже очень крупных бизнесменах или топ-менеджерах, банки захотят убедиться в двух очень банальных, и, наверно, правильных вещах.

Первое – в том, что деньги были заработаны легитимно: не на торговле оружием, наркотиками или живым товаром. Второе – и это совершенно отдельная тема – в том, что с этих денег были уплачены налоги. Одно другого не заменяет. Оплата налога от отмытых денег, безусловно, в глазах израильских банков их не обеляет.

Как банки это проверяют? Для этого есть интернет, для этого есть документы: 2НДФЛ, 3НДФЛ, документы по продаже недвижимости. И для этого есть адвокаты, которые знают, как выглядит комплаенс-процедура, и какая музыка для банкиров является диссонансной, а какая консонансной.

Ну, допустим, счет открыт. Но ведь история на этом обычно не заканчивается. Постепенно накапливаются новые суммы, которые хочется отправить в Израиль. Как это делать? Аккуратно упаковываем пачки в чемодан и…

На сегодняшний день в Израиль почти никакие суммы не привезёшь в кармане или чемодане. Израиль отказывается от хождения наличных. “Зелёный коридор” в аэропорту был уменьшен примерно с $30.000 до $13.000, а бизнесам запрещено принимать наличными больше, чем 11.000 шекелей, это чуть больше $3.000. Поэтому пополнять счёт придётся “старым дедовским способом” – переводом со своего личного счёта в стране своей налоговой резиденции. При этом мы настоятельно советуем до перевода существенных сумм заранее прислать банку все подтверждающие документы, получить от него согласие на отправку денег, и только после этого делать перевод.

В России общение с банком можно сделать довольно комфортным, если перейти на VIP-обслуживание. Стоит такой сервис относительно недорого, но головную боль снимает моментально. О VIP-сервисе в Израиле есть разные мнения. Мне приходилось слышать о случаях, когда вся «виповость» заключалась в обслуживании в маленьком кабинете, расположенном под потолком основного зала, куда тоже стояла очередь. Что дает настоящее VIP-обслуживание и, главное, где его искать?

VIP обслуживание в Израиле не стоит денег. За него нет отдельной платы – есть порог входа. В каких-то отделениях, как было сказано выше, это сотни тысяч долларов, в каких-то это миллионы.

В чем заключается VIP обслуживание? Понятно, что банк заинтересован продать всем своим клиентам максимальное количество дополнительных сервисов. Чем больше у клиента денег, тем больше у банка заинтересованности – и возможности, по крайней мере теоретической – ему эти сервисы предоставлять.

Основное отличие VIP обслуживания не в том, что оно какое-то из ряда вон выходящее, а в том, что обычное обслуживание, скажем так, оставляет желать лучшего. Это не та услуга, которую нужно покупать. Все просто – если у вас много денег, банк позаботиться минимизировать риск того, что вы уйдёте к конкурентам потому, что недовольны уровнем сервиса.

Что дает VIP обслуживание? Дает общение с лучшими сотрудниками банка в удобное для вас время по удобным для вас каналам на удобном для вас языке.

Где все это искать? Там, где вы только что положили свои миллионы.

Многие люди, переправив в Израиль солидную сумму, успокаиваются и думают, что все уже благополучно закончилось. Однако они не знают о некоторых особенностях местного банкинга. В частности, мне рассказывали, как счет, который не трогали всего год, был признан заброшенным, и все деньги с него автоматически инвестировали в госбумаги. Вернуть их назад с некоторыми потерями оказалось возможным только после личного визита в банк. На что стоит обращать внимание, чтобы с деньгами было все в порядке? И есть ли возможность полного управления своими финансами из-за границы?

Во-первых, израильские банки в определённых ситуациях действительно обязаны куда-то вкладывать суммы, которые лежат без движения. Не потому, что они этого очень хотят, а потому, что это их заставляют делать регуляторы из лучших патерналистских побуждений. И если вы хотите, чтобы ваши деньги лежали на открытом счёту, ничто не мешает вам дать банку однозначное указание не трогать эти деньги, не закрывать их, и поставить себе напоминалку раз в полгода это указание обновлять.

При этом деньги в израильском банке совсем не обязательно вкладывать в опционы на акции компании по поиску газа и нефти. Это лотерея. Но Израиль предлагает всё-таки энное количество относительно консервативных решений.

Понятно, что с долгосрочной инвестицией рассчитывать на двузначные проценты не приходится. А краткосрочные инвестиции будут больше похожи на казино, чем на биржу. Но люди, которые оставляют в Израиле крупные суммы всерьез и надолго, обычно не забывают о них, а делят между различными инструментами или передают в управление инвестиционным фондам и банкирам.

Все знают, что «Израиль своих не выдает». Распространяется ли это правило на информацию о деньгах своих граждан?

Эту фразу, «Израиль своих не выдает», я рассматриваю как личное оскорбление, потому что уже 10 лет пытаюсь объяснить и кричу на каждом углу, что в контексте экстрадиции это утверждение, конечно, не верно.

Израиль экстрадирует своих граждан, в отличие как раз от России, которая своих граждан не выдает. Это не значит, что израильское гражданство не является хорошей защитой в рамках экстрадиции. Есть огромная разница между депортацией иностранца, даже с еврейскими корнями, и экстрадицией своего гражданина.

Но также, как эта сентенция неверна в уголовном контексте, так же она неверна и в банковском.

Понятно, Израиль не передает информацию о деньгах своих налоговых резидентов тем, кто эту информацию получать не должен. Но если речь идёт о тех, кто, помимо израильского налогового резидентства, имеют налоговые резидентства других стран, также присоединившихся к тем же конвенциям, например CRS, к которым с очень большим опозданием – в начале 2019-го года – присоединился и Израиль, то, конечно, автоматический обмен информацией происходить будет.

Наша планета становится совершенно плоской. Я давно предупреждал своих клиентов, что в какой-то момент нужно быть готовым, что вся информация о ваших активах будет вывешена «на морде RBC.RU». Потому что все, кому нужно, и так будут все про вас знать: либо в рамках автоматического обмена информацией, либо, как говорили в «доисторическую эпоху», при покупке диска на «Горбушке».