Дорогой длинною

Я не был в Киеве 15 лет. До этого приезжал довольно регулярно, но после уже почти забытой Оранжевой революции с городом случилось что-то странное. Сильным впечатлением для меня стал мальчик лет восьми-девяти, ходивший между столиков Макдональдса на Майдане Незалежности и допивавший оставленные на них напитки. Потом он сел в углу, достал пакет, тюбик клея и, совершенно не стесняясь, занялся вовсе не изготовлением школьных поделок. Выглядело это диковато, но никто вокруг не реагировал. А снаружи по урнам рыскала стайка сверстников мальчика…

Конечно, не только этот эпизод стал причиной отказа от поездок в Киев. Но и он тоже.

А время летело быстро. Народный герой Виктор Ющенко быстро обнулил свой рейтинг, в президенты вдруг избрали изгнанного Януковича, а что случилось в 2014 году вы, думаю, слышали. О том, чтобы съездить в Киев при Петре Алексеевиче, я даже не помышлял – немного странно отправляться в страну, выбравшую человека, говорящего такие слова и совершающего такие поступки. Но после того, как Украина в едином порыве помножила усталого шоколадного магната на ноль, идеи съездить туда нет-нет, да мелькали.

Да, важное уточнение. Конечно же, я не имею никакого отношения к Украине, и поэтому не имею права давать оценки ее политике и политическим деятелям. Конечно, я ничего не понимаю в происходящем. Ясное дело, у России полно своих проблем, и я должен писать только о них, а не совать нос в дела независимого государства. Но я читаю украинские сайты, смотрю украинские телеканалы. И там с утра до ночи обсуждают Россию и ее политиков. Можно тогда и мне немножко, а? Спасибо.

Мой товарищ собрался ехать на машине в Киев по личным делам. Сначала обсудили возможность совместной поездки на уровне шутки, а потом я задумался – почему нет? Ведь здорово проехать через несколько российских областей, потом по Украине, и вечером того же дня оказаться в Киеве.

Сомневался буквально до последней минуты, заранее оговорил возможности сойти в Брянске, но все же поехал. И не пожалел.

Дорога туда

Мы ехали через Калужскую и Брянскую области, захватив кусочек Курской. Хорошо помня старые времена, я постоянно удивлялся качеству дорожного покрытия. Да, не везде дорога была двухполосной, и какой-нибудь «КАМАЗ» из девяностых мог на несколько километров испортить скоростной режим. Но сам асфальт оставался идеально ровным – без ям, выбоин и заплаток. На заправках отличные кафе и чистые туалеты. Вдоль трассы полно разного рода едален и мини-отелей, куда заезжают дальнобойщики и влюбленные.

На украинской стороне первые двести километров дорога тоже хорошая, но на подъезде к Киеву начинается какой-то кошмар, заставляющий вспомнить лучшие традиции саратовского дорожного строительства. Заплатки, выбоины, волна… Такое отношение к подъездным путям в столицу государства вызывает много вопросов. Справедливости ради, прямо сейчас идет ремонт дороги, и некоторые ее куски уже очень хороши. Но почему до этого много лет никто не парился?

Школа вождения в Киеве и окрестностях довольно своеобразная. Она и раньше была весьма жесткой, но после изгнания Януковича на Украине отказались от ГАИ. Разумеется, с целью борьбы с коррупцией. Взамен придумали некую дорожную полицию, но полномочий у нее мало, а штат микроскопический. Поэтому нарушать правила можно вполне безнаказанно. Я неоднократно наблюдал прямо в центре Киева развороты через две сплошных, веселые старты со светофора с бешеным дрифтом, дерзкую езду на красный и другие приметы российских городов до того, как там понавешали камер.

Дорога, с учетом пробок и остановок, заняла около 11 часов. Когда заселился в гостиницу, было еще не очень поздно, но сил на исследование города не осталось. Упал на кровать и забылся неспокойным сном. Среди мозаичных сновидений запомнился Порошенко в римской тоге, разрывающий пасть Шарию.

На Майдан!

В восемь утра центр Киева был абсолютно пуст. Любому городу отсутствие людей очень к лицу, и Киев не исключение. Да, конечно же, это один из самых красивых городов на территории бывшей Российской империи и бывшего СССР. К счастью, во время Великой Отечественной он пострадал гораздо меньше своих собратьев, и даже годы независимости не смогли разрушить десятки, сотни прекрасных зданий. Плюс перепады рельефа, несколько осложняющие длительные прогулки, но добавляющие интересных ракурсов.

Я попробовал снять деньги в банкомате, но для российских карточек в них установлено издевательское ограничение в 200 гривен (около 500 рублей). На эту сумму можно скромно перекусить в недорогом кафе. К счастью, на каждом углу есть обменники, причем многие из них работают круглосуточно. При обмене валюты документов не требуют, а берут что угодно, включая рубли. С оплатой картами через терминал проблем нет, Apple Pay и Google Pay работают везде.

По пути к Майдану я постоянно вспоминал Россию. Держитесь за стулья, многоуважаемые украинские патриоты, но Киев действительно очень российский город. По крайней мере, болезни у него все те же. Даже в центре города стоят заброшенными удивительной красоты здания. Их потрепало время, в оконных проемах видны следы поджогов. Местные говорят, что собственники памятников старины специально ждут, пока они окончательно погибнут, чтобы построить очередную многоэтажку или даже торговый центр. И, судя по количеству торчащих из дворов стеклянных свечек, многим это удается. То же самое наблюдается по всей России, и чем красивее город, тем страшнее за этим наблюдать.

За дизайном вывесок никто не следит, поэтому вешают их кто на что горазд. А рядом еще обязательно висит какая-нибудь реклама. По столичным меркам выглядит это довольно дико, но если вы бывали в Твери или Астрахани, то не удивитесь.

Здания очень плотно увешены табличками об уважаемых людях, когда-то в них живших. Калибр личностей часто оставляет желать много лучшего. Более того, иногда складывается ощущение, что табличку повесили не за заслуги усопшего, а за деньги его родственников. Но это тоже обычная вещь для столиц национальных республик в составе России, где даже очень небольшие деятели украшают своими портретами стены сталинок и хрущевок.

Со старыми памятниками не все так однозначно: значительную их часть посносили, но и оставшимся несладко. Щорса и Ватутина регулярно обливают краской, а коню Щорса умудрились отпилить копыто. Даже князю Владимиру приходится несладко, его невзлюбили местные националисты и регулярно приходят с ним биться. Впрочем, нынешние борцы мало отличаются от большевиков двадцатых годов прошлого века, уничтожавших старорежимные памятники. Уважения не вызывают ни те, ни те.

На Майдане Незалежности было пустынно, и почти ничего не напоминало о происходившем тут в 2014 году. Даже сгоревший дом профсоюзов выглядит неплохо, по крайней мере – внешне. Часть улицы Институтской напротив Майдана переименовали в аллею Героев Небесной Сотни. Там в нишах стоят фотографии погибших, а юркие волонтеры собирают деньги на лечение раненых на востоке Украины. Некоторые ниши пустуют, хотя видно, что раньше это было не так. Просто недавно всплыла неприятная информация насчет некоторых причисленных к Сотне. Оказывается, они погибли вовсе не во время борьбы с ненавистным Януковичем, а по совершенно другим причинам. В отдельных случаях в герои записывали людей, умерших вдалеке от Киева и до начала противостояния. Разумеется, данные казусы не умаляют трагедию 2014 года, когда людей действительно убивали на улицах без суда и следствия. Немного странно видеть рядом с этими жертвами портреты не очень успешных деятелей АТО, ну уж это действительно не мое дело.

В Киеве мне много рассказывали и о том, что происходило в 2014 году, и о нынешних событиях в зоне конфликта с непризнанными республиками. Полностью доверяя рассказчикам, я, тем не менее, следую принципу говорить только о том, что видел сам, или, как минимум, подтверждаемое открытыми источниками. Поэтому обойдемся без этих жутковатых историй.

Скажу лишь, что внутриукраинский конфликт имеет много слоев. В небогатой стране объединены люди с двумя действительно разными менталитетами. Это не считая различных национальных меньшинств. Примирить эти менталитеты может, наверное, некая общая национальная идея, которая отсутствует. Как и в России (простите, уважаемые российские патриоты), большая идея подменяется разного рода альтернативами. Например, у нас развивается тема Великого Прошлого. Это неплохо. Тем более, что подлинного величия, подвигов и настоящих героев в истории России много. Можно даже позволить некоторых вычеркивать и очернять. Правда, молодежь прошлое представляет очень приблизительно, и потому в полной мере проникнуться им не может.

Но вот я зашел в Национальный музей истории Украины, и что же мы там видим? Много-много залов про казацкую государственность, потом поменьше – про нахождение в Российской Империи, потом про то, как стали независимыми при поддержке немцев, но злые большевики помешали. Про Великую Отечественную ползальчика – мол, втравили два упыря Украину в войну, а немцы еще и евреев поубивали. О том, кто активно помогал немцам, да так, что те просто офигевали от накала помощи, ни слова. Потом еще маленький зал про советский период, где почти ничего не происходило, и – независимость! Особенно пикантно на фоне микроскопической экспозиции о 1941-1945 годах выглядит огромный холл, посвященный УПА.

Говорят, если поставить побольше флагов НАТО, то туда быстрее примут

Вполне очевидно, что многие герои гражданской войны в СССР были не меньшими упырями, чем петлюровцы и бандеровцы. Но самые яростные не пережили тридцатых годов, а остальные сидели тихо, о своих «подвигах» никому не рассказывая. Но украинские деятели, в честь которых называют улицы, в основном боролись с собственными согражданами и (иногда) с мирными жителями соседних стран. В условиях оффлайнового мира можно довольно жестко контролировать информацию и делать героев из очень неприятных людей. Но как только информация прорывает заграждения, все тут же сыпется. Мы это отлично наблюдали в конце восьмидесятых. Сейчас, при наличии интернета, кое-как отстиранные белые одежды выдуманных героев мгновенно покрываются дерьмом. Плюс у значительной части населения есть семейные воспоминания, заставляющие идти по проспекту Степана Бандеры если не с содроганием, то уж точно без удовольствия.

Да, ко всему привыкаешь, и вроде бы ничего страшного не происходит. Но конфликт этот, повторюсь, многослоен. И бешеные всплески майданов, повторяющиеся раз в десять лет, не случайны. Оно все копится, копится… И кто знает, когда вспыхнет снова.

Замечу, что противостояние с Россией, как способ сплотить народ, очень сомнительная история. Безотносительно к справедливости претензий к поступкам северного соседа, любое «анти» – плохой фундамент для долгосрочного проекта. Я писал недавно, что даже в бизнесе нельзя делать стратегией утирание носа оппоненту. Особенно, если до носа не достаешь.

Поверьте, это все сказано не для того, чтобы обидеть. Помню, в краеведческом музее Львова меня удивило, что история обрывается на 1939 году, когда область вошла в состав Украины. Спросил у смотрительницы – а где посмотреть про советский период? И она с возмущением ответила «Немае ниякого радяньского периоду!». Ну да, вырезать целые пласты истории и пытаться заменять их выдуманными – это очень ответственный путь воспитания молодого поколения. Впрочем, оно и в России очень похоже, просто вырезано поменьше и накал послабее.

В отсутствие большинства российских исполнителей, афиши в Киеве выглядят достаточно скромно

Хорошо быть туристом!

Гулять по Киеву – это замечательно. Можно подойти к дому, где родился и вырос Вертинский (уехал в Россию, очень скучал по Киеву, умер в Ленинграде), потом пройтись до Андреевского спуска к дому Булгакова (уехал в Россию, скучал по Киеву, умер в Москве), и потом, набравшись сил, дошагать до музея Тараса Шевченко и университета, названного в его честь (уехал в Россию, очень скучал по Украине, умер в Санкт-Петербурге).

В Киеве очень много кафе. Гораздо больше, чем в Москве – по крайней мере, не сетевых. Вообще, известная правовая вольница очень хорошо сказывается на малом бизнесе. Договориться можно со всеми и обо всем. Наверное, у этого есть и темная сторона, но все же заплатить гораздо легче, чем соблюдать все правила.

Весь центр утыкан мужскими клубами и их рекламой. Подобную вольницу я наблюдал только в Казани, если, конечно, там уже не забороли. В Москве, полагаю, подобных заведений не меньше, но ведут они себя скромнее.

В кафе и магазинах теперь сначала обращаются на украинском, и только потом, если клиент захочет, переходят на русский. Но иногда и не переходят, благо в разговорной речи все вполне понятно. Официантка в одном из кафе отметила мой «московский» акцент. Я признал наличие такового и спросил – что же теперь делать? «Да не бойтесь», – успокоила она, – «Не побьют же вас из-за него». И тут я начал бояться.

На выходные часть Крещатика перекрывают и там проходят народные гуляния. 8 марта, несмотря на декоммунизацию, повсюду продавали тюльпаны, и самые успешные девушки с огромными букетами прогуливались по Крещатику туда-сюда. Разумеется, с кавалерами. Как и в центре Москвы, встречается много интернациональных пар, где девушка местная, а юноши разных возрастов – не очень.

Лестница к Национальному художественному музею Украины слегка шокирует

Охрана около офиса президента Украины натужно старается говорить по-украински. То есть чувствуется, что знают плохо, но по-русски нельзя, а поболтать хочется. Очень необычно, конечно, что можно подойти прямо к парадному входу здания, где действительно работает первое лицо страны. В Кремль попасть немного сложнее.

Вечерний Киев – это особое удовольствие, и даже сейчас, на грани зимы и весны, он удивительно хорош. А как красиво здесь будет с середины апреля…

Пора назад

Я ехал в Киев с предчувствием, что попаду в некую параллельную реальность. По крайней мере, такой Украина выглядит через СМИ – как местные, так и российские. Это и интриговало, и пугало одновременно.

Но на месте оказалось, что реальность та же самая. Ну, разве что визуально Киев похож на Москву начала двухтысячных. Где еще не решали, а договаривались.

Но Киев остался Киевом. И жизнь, несмотря на все перипетии, изменилась очень мало. Разве что иллюзий поубавилось, потому что каждая новая элита, несмотря на вполне демократическую ротацию, быстро пасует перед комом проблем и противоречий. Спасовав же, начинает заниматься тем, что получается у чиновников лучше всего. Типовая картина неудачливого российского региона.

Будет ли когда-то иначе? Знаете, я не настоящий геополитик. Но вполне очевидно, что от нынешнего положения дел плохо всем. По-разному, но одинаково сильно.

Самые жаркие конфликты бывают между очень похожими друг на друга людьми. Думая, что обращаем ненависть на оппонента, мы, на самом деле, восстаем против того, что ненавидим в самих себе. Тут важно почувствовать это и начать разговаривать. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить ее на вражду с самим собой.

Не знаю, когда окажусь в Киеве снова. При нынешнем положении дел – и после этого текста – боюсь, что просто никогда.

Но чудеса случаются. Причем совершенно независимо от того – веришь ты в них, или нет.